вход

АвторизацияЗакрыть

Vijay Iyer Trio

14.07.2010

Странные истории с хеппи-эндом (репортаж Вячека Криштофовича-мл.).

Авторская версия репортажа Вячека Криштофовича-мл., написанного для газеты «Коммерсантъ» (в минимальной редакции нашего сайта). Сравнить с напечатанной версией можно тут

Вообще, с самого начала этот вечер был странноватым и непредсказуемым... приджазованным каким-то. Духота, потом дождь, потом совершенно необъяснимая толпа под большим залом киевской Консерватории. Кто не промок под дождем, тот все равно уже скоро станет влажным и липким от нечеловеческой духоты переполненного зала. Это один из самых значительных парадоксов этого концерта.

Если помните (вряд ли помните, вас там не было), в марте легендарнейшая, забойная нью-йоркская фри-группа SexMob и ди-джей Олив собрали едва половину того же зала консы; причем, подавляющая часть аудитории вежливо сидела, совершенно не понимая, что происходит на сцене. В этот же раз на нью-йоркское прогрессивное трио Айера, имя которого тут знало полпроцента нашей джазовой публики, все (!) билеты были проданы еще за несколько дней до концерта. Организаторы попали в десятку, пригласив музыкантов с очень хорошей репутацией у критиков и объявив о концерте еще до того, как собрание самых авторитетных экспертов в индустрии джаза – Ассоциация джазовых журналистов (JJA) – недавно в Нью-Йорке присвоила Айеру титул «Музыкант года» (а также номинировала на «композитора года», «пианиста года», «малый состав года» и «альбом года»). Сугубо технически и финансово награждения JJA не значат практически ничего – это просто очень приятное инсайдерское признание среди профессионалов.

Баловство

Но мы, кажется, отвлеклись. Впрочем, на это у нас было достаточно времени. Еще за 10 минут до начала концерта трио было еще... в аэропорту. Музыканты банально прохлопали ушами свою пересадку в Будапеште и полетели следующим рейсом. Стоит заметить, что большинство американских джазменов нового поколения – это эталон не только преданности своему делу, но и организованности. Так что подобное опоздание – из разряда курьезов. Причем, гораздо более курьёзных, нежели багаж: потерянный, а потом найденный где-то.

Вместо того, чтобы попросить людей «погулять-попить-пивка» до начала выступления Трио, выбившегося из графика примерно на 5 часов, организаторы начали вовремя – примерно в 8. Палочкой-выручалочкой стала Наталья Лебедева – композитор, пианист, преподаватель и серьезный профессионал. С ней на сцену вышли студенты и одни из самых многообещающих молодых джазменов Киева – басист Илья Алабужев и барабанщик Павел Галицкий, а также уже не студент, но едва ли не лучший трубач страны Деннис Аду. Они играли... какой-то современный джаз. Который не имеет ничего общего с главными героями того вечера. На сцене были люди, которые просто купили билеты и пришли на концерт, не предполагая, что в им в своих шлёпанцах придется выходить перед полным залом консы и спасать положение. Если 40 минут выступления импровизированного квартета Лебедевой и настроили часть публики на какой-то «джазовый» лад, то все последующее должно было развернуть сознание на 180 градусов. Уже через 5 минут после того, как фургон с трио пришвартовался к служебному входу Консерватории, музыканты вышли на сцену... Проходящий по коридору из-за кулис в зал вечно самоироничный и вечно со своей трубой Деннис Аду со скромной улыбкой пробурчал: «Ну что. Что-то там поиграли... а теперь пойдём послушаем Музыку».

Музыка

Vijay Iyer Trio в сопровождении Алексея Когана выходит на сцену, Виджай предупреждает публику, что, дескать, пардон, но случилось так, что нам нужно минут 10 на подготовку. Легкие перемещения по сцене – сам пианист в компании двух главных организаторов передвигает рояль в нужное положение (настоящие музыканты «без понтов», кстати, никогда не гнушаются технической рутины). Потом небольшой саунд-чек, без которого невозможен никакой концерт. У кого-то он длится два часа, у кого-то 7 минут ровно. Это трио, как и было обещано, «заводится» через 10 минут.

Айер начинает очень тихо. Уже через пару минут его рояль может наполнить зал безумными всплесками и напористой вибрацией в духе Ахмада Джамала или МакКоя Тайнера, проломить пространство диссонансными аккордами в духе его главного героя Телониуса Монка. На сцене начинает проживаться жизнь. Первый кусок концерта – это авторские пьесы Айера с последнего альбома Historicity. Это вписывается в их концертный «темплейт». В Киеве схема немного слетела с катушек, и вместо запланированных примерно 1:10 трио прожило на сцене часа полтора. «Нет, я, конечно, не против играть для немногих, - говорит Виджай, - но предпочитаю, когда нас слушает не кучка народу, а большая куча, толпа. Независимо от размера площадки – большой зал, маленький, фест под открытым небом или просто клуб. Но приятно, когда пространство забито людьми, которые тебе внимают».

Айер совершенно справедливо считает, что «музыка имеет не много общего с виртуозностью или другими техническими штуками. Музыка должна рассказывать историю. А на это способны более зрелые, взрослые люди, у которых больше опыта, которым есть, что рассказать». Истории, рассказанные трио Айера на концерте, отличаются от альбомных версий примерно так же, как история, которую мы записываем на бумагу, от той, которую рассказываем в компании. Ты даешь перебивать себя собеседникам, ты больше уделяешь внимания отдельным линиям своего повествования, иногда даже добавляя «а между прочим...». Оттого его собственные композиции, и так несколько запутанные и обрамленные в не совсем стандартную джазовую форму, не сразу и узнаешь. А нужно ли?

Оно всё похоже на нечто, которое себе ползёт, переливаясь красками и оттенками, и только иногда собирается в какую-то конкретную форму. И снова продолжает свой путь, смысл которого – не финиш, а само повествование. При ближайшем наблюдении за музыкантами ты понимаешь, что 90% аудитории, созерцая этот крайне необычный для них «трип», даже не подозревает, сколько нескучных метрических и ритмических приколов, гармонических штучек и вообще всякого разного кроется в этом потоке сознания. Ну, например, вы можете себе представить, что такое намёк на рэгги (который знают и понимают очень многие)? У трио был и такой недолгий момент. Только формально никто из них не играл рэгги – они были заняты совсем другим, а благодаря общему филингу твоя голова сама дорисовывала себе картину. То же происходило и с латиноамериканскими штуками, и с африканскими, и с индийским: учитывая, что Виджай – сын индийских эмигрантов, его некоторые горизонтальные метрические формы, равно как и гармонические, во многом соответствуют его родной музыке. А это немного нестандартно для европейского или американского уха. Нет, он утверждает, что никогда не старается «навернуть» свою музыку в заумь – просто делает так, как делает, не видя в этом ничего эдакого. Звучит оно так же естественно. Просто сказывается математическое прошлое в Йеле и законченное физическое образование в Калифорнийском университете в Беркли.

Исполнение Айера имеет свойство «пробирать» понемногу. Медленно, но уверенно. Условная вторая часть концерта начинается с фразы «Я, конечно же, вам соврал, мы исполняем и чужие композиции». Только ты привыкаешь к несколько экзотичной эстетике Виджая, он начинает исполнять классическую, по его словам, “Dogon A.D.” легендарного в прогрессивных кругах саксофониста Джулиуса Хемфилла. Это такой медленный, тяжелой поступью наступающий на горло, черный драйв с изобилием совершенно наглых фанковых пауз. И рояль, очень убедительно изображающий дыхание духовой секции. Потом они опять разливаются в своей повествовательности на 10 минут, но каждый совершенно чётко осознает, где и когда он находится. Самое забавное – это касается всех композиций – что при кажущейся безалаберности и свободе изложения, в определенный момент трио за долю секунды превращается в одно целое, то ли сходу начиная очередную фазу, то ли просто в унисон заканчивая мысль одной стаккатной ноткой – без этих дрожащих шумных педалей, которые уже давно задрали в джазе.

Далее – кумиры молодости участников трио – Стиви Уандер и Майкл Джексон (по словам Айера – большие исключения из правила о возрасте и опыте, которым в еще юном возрасте удалось рассказывать универсальные, содержательные истории) – соответственно, “Big Brother” и “Human’s Nature”. Если Big Brother есть и на последнем альбоме, и в каждом его концерте, то вещь Джексона появляется не так часто. Глядя на эту интерпретацию, хочешь верить, что Айеру подвластно всё: от Баха до Шенберга и даже Мадонны. Тонкие штрихи «отсебятины», идеальные проработки темы и аккомпанемента, и много нот «мимо», которые очень по делу. В конце Виджай начинает играть тему соло – джазовый стандарт “Darn That Dream” с элементами манеры страйд (когда левая рука создает гармонический фон, летая в басу через октаву – в духе 30-х годов). Причем совершенно искренние эмоции басиста по этому поводу совершенно подтверждают твои же собственные: он стоит и просто кайфует, акцентируя кивками очень правильные и изобретательные места.

Логическое окончание концерта Виджай начинает витиеватой виртуозной вязью без четкого музыкального размера. В рваную игру его обеих рук начинают включаться остальные. Сперва может сложиться ощущение, что каждый из троих играет в своем ритме и своем размере... Ощущение может и не обманывать. Но потом всё опять складывается – такт за тактом – в какую-то форму, которая на заре своего существования имела название free jazz. Потом он берет микрофон и, что-то там поигрывая - «это была тема очень близкого человека по имени Эндрю Хилл*», - озвучивает имена своих партнеров.

*Этот культовый, но не очень популярный музыкант ушел в прошлом году, оставив после себя богатую историю и весьма своеобразные музыку и исполнение, серьезно повлиявшее на самого Айера – Прим. автора.

Краткие характеристики.

С одного края сцены – лидер трио. Индус, даже в такую духоту носящий френч, выпущенную из брюк рубаху, галстук и кеды, который за роялем выглядит скорее, как скорее молодой профессор, в конце рабочего дня перечитывающий рабочие записи, сделанные в течение дня. Иногда он вытягивает ноги и выпрямляет спину – ему не хватает послеобеденной чашки кофе. Его лицо и близко не отражает тех эмоций, которые он вкладывает в исполнение. В некоторых композициях он вообще не касается педалей рояля. Полный визуальный контакт – несмотря на годы совместной игры – здесь крайне важен. И если ты можешь видеть полёт его правой руки в очередном эмоциональном взрыве, то его левая ладонь иногда просто плоско лежит на клавишах. И даже не понимаешь, какой рукой и что он играет, и она – левая (несмотря на всю метрическую сложность и несинхронность) – один из факторов стабильности; поскольку частенько двое других уходят в свои дебри.
Виджаю – 39, но он стал музыкантом очень поздно, в 23-25. Именно тогда, когда понял, кем ему быть.

С другого края сцены – барабанщик Маркус Гилмор. Примерно 23-24 года, вундеркиндище, записавшее уже альбомы с кучей классных и нестандартных джазменов. Его голова постоянно тянется к правому плечу – как у каждого черного, который знает, о чем речь. Внешне его игра выглядит несколько необязательной, расхлябанной. В моменты, когда играть не нужно, он может спокойно настраивать барабаны, в крайне тихих местах поскрипывать своим стульчиком, просто бросить на барабан палочки и тут же начать играть на нем же щетками. Но если присмотреться, то понимаешь, какую полиритмию извлекает человек, и какой звук, совершенно без напряжения, - будто его африканские корни через многие поколения проходят белой нитью. Такая многозадачная машина с видом полного раздолбая. «Его дедушка, - сообщает Виджай, -  это один из величайших барабанщиков – Рой Хэйнс. И вот мы сейчас исполняем тему Эндрю Хилла “Smoke Stack” с Маркусом, а его дед играл на оригинальной её версии. Вот видите как: прошлое... будущее. Всё одно и то же...»

Стефан Крамп на контрабасе – своеобразное визуальное и эмоциональное передаточное звено в трио: он посередине. Наверное, самый заводной из всех троих. Он уже с самого начала концерта начинает брызгать потом с кончика носа. Под конец выступления у него не спина мокрая, а мокрые почти все брюки. Но он улыбается, переглядывается с партнерами и совершенно откровенно кайфует от всего происходящего. Ему неплохо за 30, и он совершенно оригинальный контрабасист. Стаккатная, неприсущая «джазовым» свингующим контрабасистам техника, все время появляющийся в руке смычок (иногда издающий не очень привычные звуки), пальцы одновременно и впивающиеся в струны, и умеющие извлекать самые тихие, перкуссивные звуки. В нем есть и более чем 40-летняя традиция фри-джаза, и ультрасовременное математически-компьютерное умение выдавать какие-то алгоритмы, даже не напрягаясь. Его уж точно волнуют больше всего партнеры по трио, нежели публика.

Публика, кстати, покидала зал необычно медленно и неуверенно. Любопытство, знаете ли... Или простое удовольствие? Ушедшие делились на «посмотреть футбол», на тех, кому уже и вправду было дурно от духоты, и на тех, кому просто не пошло. Оставшиеся «в живых» тоже делились на категории, но это не так важно... Последние две композиции Айера – лирическая-романтическая и что-то из его же хитов должны были расставить все точки над “i”.

Свой анонс этого концерта я назвал «Вы не знаете Виджая». После концерта я имею сказать только две вещи: а) за весь следующий день лучшие украинские музыканты и ценители джаза меня просто достали воплями о том, как было классно; б) вы таки не знаете Виджая. Он слишком своеобразный и сложный, чтобы вот так вот сходу судить...

Автор - Вячек Криштофович-младший
Фото – Алекс Пыркин
Комментировать в нашем блоге (ЖЖ)

Тема с вариациями LIVE

Афиша

26-04-2019 LAURA MARTI SHINE

26 апреля 2019 19:00
Киев Театр на Подолі

Подробнее